Роман Свириденко стал известен широкой аудитории как чемпион и серебряный призер Паралимпийских игр в лыжных гонках. Из Милана он вернулся домой очень популярной личностью. А сейчас, когда уже улеглись моции и спал ажиотаж, sport5by предлагает большое интервью с главным белорусским героем главного зимнего форума четырехлетия.
Детство, футбол, "Нафтан", болезнь
— Роман, расскажите о своем детстве. Когда пришли в спорт?
— Родился я в Новополоцке. Моя мама - учитель музыки. Так что некоторое время я играл на баяне. Спорт очень люблю. С третьего класса как раз начал заниматься лыжами. Футбол люблю. У меня все детство было проведено на улице. Физкультура – любимый школьный предмет. Физика мне нравилась очень. Биология.
— Лыжи больше нравились, чем футбол?
— Нет. Мне больше нравился раньше футбол, когда я был помладше. Но все-таки выбор пал на лыжные гонки.
— Сейчас вы явно смотрите футбол? За кого болеете?
— Смотрю, да. Обязательно. За "Реал Мадрид". А из белорусских клубов - за "Нафтан".
— А как мама отнеслась к занятиям спортом?
— Отлично. Она меня туда привела. Предложила пойти на секцию лыж. Я согласился. Мне это как новшество, было интересно. И пошел. В третьем классе о серьезных тренировках особо речи не могло идти. Поэтому, да, было просто для развлечений, можно так сказать. С друзьями ходили, катались, нам нравилось.
— А когда наступил тот момент, когда уже лыжные гонки стали серьезным занятием?
— Это был, наверное, в классе 7-8. Мы начали выступать на республиканских соревнованиях. Тогда уже начало приходить осознание, что когда тренируешься в таком легком режиме, все весело, хорошо, но когда приезжаешь на соревнования, не очень хорошие результаты получаются. И после этого приходит осознание, что надо вкладываться больше, сильнее.
— После школы ты куда дальше?
— Я учился в базовой школе, там 9 классов. Дальше я поступил в лицей. Это школа с более высоким уровнем, где было 5 направлений: физика, математика и так далее. Чтобы туда поступить, надо было сдавать экзамены. Я поступил, там 2 года отучился и пошел в БГУФК. Я сразу решил, даже раньше 10 класса, что отправляюсь туда учиться, потому что мне это очень нравится, это мое.
— Поступать, я так понимаю, было несложно?
— Нет, как раз с этим не все так было просто. В 11 классе, это был 2021-2022 год, мы ездили на Паралимпийские игры в Китай, но мы там не выступили. Но уже тогда моя карьера началась, достаточно серьезная, и критерием для поступления без сдачи ЦТ было либо участие на Паралимпийских играх, либо 1-6 место на чемпионате мира, либо 1-3 места на финалах Кубка Европы, а у меня как-то все очень рядом было.
На Паралимпийские игры поехали, но не выступили, на чемпионате мира я был 7, а на финале Кубка Европы мы не выступали, но просто на этапе Кубка Европы я был третьим, и не нашлось ни одного критерия для моего поступления без ЦТ.
Получается единственная привилегия, которая у меня была, - это мастер спорта. Так что за физкультуру мне было 100 баллов, а все остальные экзамены я сдавал. Биологию и русский язык.
— Как попали вообще в паралимпийский спорт?
— Я вначале тренировался и выступал со здоровыми спортсменами долгое время, вроде бы знал, что такой спорт существует, но почему-то думал, что это у меня слишком легкая болезнь для этого. Где-то за год, за два до Паралимпиады в Пекине со мной и с моим тренером связалась Света Сахоненко, сейчас Моторина. Она сама тоже из Новополоцка, так что все между собой знакомы, и сказала, что меня можно попробовать. В общем она мне в этом сильно помогла.
— Что за проблема у вас существует, объясните, какая у вас категория?
— Я выступаю в категории ЛВ-2, ЛВ-9, спортсмен с поражением опорно-двигательного аппарата. У меня с ногой врожденные заболевания, сухожильная мышечная косолапость, так называется, в общем у меня не развивается левая половина ноги ниже колена, не развиваются сухожилия, не развиваются мышцы.
— Вы какое-то время соревновались со здоровыми спортсменами?
— Лыжный спорт такой, что это очень может быть опасно, тренироваться с теми, с кем у тебя, так скажем, не совпадает уровень, и надо всегда очень аккуратно быть. Но в каких-то ключевых тренировках, да, безусловно, это очень помогает, плюс не так скучно. Потому что, во-первых, у нас в целом мало паралимпийцев, еще меньше у нас стоячих спортсменов, еще меньше стоячих спортсменов в Минске, с кем можно вместе тренироваться, какие-то делать работы.
На протяжении всего сезона, кроме летнего отрезка, я тренируюсь один, и когда летом приезжает вся нацкоманда, меня очень мотивирует, и мне очень помогает это, я прогрессирую сильно.
Злость, Паралимпиада, медали
— Как переживали период, после отстранения нашей команды на паралимпиаде в Китае и до момента, когда наших спортсменов вернули на международную арену?
— Это почти четыре года. Просто первый год мы ездили соревноваться в Россию еще, а далее два года вообще никуда не выезжали, только у нас вкатка в России была и чемпионат республики — все.
Конечно, это тяжело очень. Ведь понимаешь, что все соревнуются, у всех постоянные сборы, в Европе, везде, а мы сидим тут, и кажется, что у нас шел регресс. Мы приехали на Кубок мира, и вообще не знали даже, чего ожидать, какие могут быть результаты, но в целом все получилось.
И даже возможно, что лично меня, это, наоборот, мотивировало, что нас не пускают. Мы были закрыты, мы как были на цепи, я как с цепи сорвался, и был голодный до соревнований, до всего этого.
— Первая гонка на Паралимпиаде и падение в квалификации спринта. Что тогда почувствовали?
— Ощущения были не очень, такая одновременная досада, стыд, было смятение, очень непонятные чувства, плохие, так скажем. Но хорошо, что нормально это закончилось в итоге.
Никому не пожелаю испытать такие чувства. Я стал просто более аккуратным. Дело в том, что нас на разминке не пустили на этот круг, это правило FIS, если кто-то стартанул, то ты не имеешь права выходить на трассу. И так получилось, что мне надо было приезжать в 7 утра на разминку, и потом час сидеть ждать... Но я решил так не делать, и разминался просто на разминочном кругу, но не на гоночном.
Я не прошел этот поворот, не посмотрел на разминке. Каждый день там разная погода, разный снег, там периодически подсаливали лыжню. Ее солят и она становится крепкая, лед там. И так получилось на спуске. Заехал туда, где сильный лед был, там почти никто не проехал, и так получилось, что для меня это еще неудобный поворот в правую сторону. Так скажем, с моей особенностью, это для меня неудобный поворот.
— Ощущения на финише, когда первая гонка, и первая медаль, и первое золото, и после четырехлетнего перерыва?
— Когда пересекаешь именно финишную черту, это такие самые яркие чувства, просто тебя переполняют эмоции очень сильно, это невозможно словами передать, это просто самые яркие чувства, которые чуть ли не впервые в жизни испытал.
— Потом была гонка на 10 километров. Как она складывалась и как вы оцениваете свое серебро?
— Серебро – отличная медаль, отличный результат, я считаю. Конечно, хотелось бы и золото, но значит, надо еще потренироваться. Но в тот день нельзя было ничего сделать.
В дальнейшем, конечно, можно добавить, и можно быть и первым.
— А что больше нравится, спринт или длинные дистанции?
— Спринт сам по себе очень тяжелая гонка, эмоциональная, ну и физически, конечно, это тяжело, но больше очень идет нагрузка на эмоциональную составляющую: полдня на трассе, сидишь, ждешь... Квалификация, полуфинал, финал. Это все нервы, это очень тяжело морально, а десятку вышел, как бы размялся, стартанул и финишировал, там все быстро и все понятно. Но, наверное, мне больше нравится бегать длинные гонки, мне это больше по душе.
— На Паралимпиаде вы выступали и в эстафете с нашими девушками. Как оцениваете этот результат?
— Мы девятое место заняли, это неплохо, у нас были самые маленькие проценты, нам было тяжело конкурировать. Объективно — тяжело бороться. Во-первых, три девчонки, а во-вторых, две из них саночницы.
— 20 километров заключительной гонки уже, наверное, тяжело было?
— Я не знаю честно, что там произошло, но будем считать, что это просто не мой день был. Эмоционально может устал как-то, потому что за три дня я ослабеть не мог так, но я сильно не расстраиваюсь.
Было и было, надо дальше тренироваться, и чтобы таких ситуаций больше не было.
Девушка-лыжница
— Какую сами себе поставите оценку за выступление на Паралимпиаде?
— Думал об этом — 6-7 баллов.
— Сейчас цель какая?
— Паралимпийские игры-2030. А там посмотрим. Я не загадываю ничего.
— И, конечно, никуда без личного вопроса, тем более, когда столько внимания к вам со стороны женского пола. Сердце чемпиона свободно?
— У меня есть девушка – Алина Буйницкая. Она лыжница национальной сборной Беларуси. Вместе уже почти два года. Она меня поддерживает всегда, сильно помогает, гордится мной. Познакомились, конечно, на сборах. Так что спорт нас и свел.
