Многие отмечают улучшение результатов минского "Динамо" с приходом в тренерский штаб Дмитрия Квартальнова специалистов, вместе с которыми он работал много лет в разных клубах. Один из верных ассистентов Дмитрия Вячеславовича — Игорь Горбенко, который работал с Квартальновым в ЦСКА, "Локомотиве", "Ак Барсе", а сейчас трудится в тренерском штабе минского "Динамо" и сборной Беларуси. Sport5.by встретился с Игорем Юрьевичем и поговорил о детстве в Омске, жизни в подвале школы, поездке на Аляску, работе Квартальнова, и причинах прогресса белорусского хоккея.
Мама родом из Беларуси, брат играл в "Юности"
— Вы говорили, что Ваша мама родом из Беларуси. Расскажите: посещали Беларусь в детстве, какой она была?
— Мама родилась в Беларуси, потом уже уехали в Германию, так как ее папа был военным. Мама с самого рождения не была в Минске, очень-очень хочет приехать. Пытался ее буквально на днях привезти, чтобы посмотрела город, но пока не получилось. У нас есть родственники в Беларуси, брат играл в "Юности", стал чемпионом страны. Многое связывает нас с Беларусью. Мы с братом — близнецы, у нас много повторяется в жизни, поэтому так переплетаемся.
— С братом, наверно, часто общаетесь. Что Олег рассказывал про Беларусь, когда Вы сюда ехали?
— Мы всегда на связи. Он здесь провел шикарное время, они стали чемпионами. Много друзей приобрел и играл с ребятами, которые с нами работали. Со Степаном Горячевских, например. Хорошие воспоминания были о "Юности", о чемпионстве, о городе. К тому же, Олег работал помощником у Александра Андриевского. Когда я получил приглашение в "Динамо", нам было очень приятно. Здорово работать в такой команде, в таком городе. Чувствуется, конечно, эта атмосфера. Везде было хорошо, где мы работали: и ЦСКА, и "Локомотив", и "Ак Барс". Но то, что здесь происходит, чуть по-другому ощущается. Столько всего... Это душевно, это чувствует команда. Сердце заставляет ноги бегать. Поэтому в Беларуси очень атмосферно. Ребята чувствуют внимание, заботу и поддержку везде. Я часто парням говорю, они счастливые люди, очень повезло, что такое трепетное отношение здесь.
— Вас узнают в Минске?
— Ну так, редко, но все равно уже стали узнавать. Обращаю внимание на это, но мало, где бываю, в основном тренерская — дом. Я не такая личность, чтобы меня часто узнавали.
— Как вам Минск, где любите проводить время, помимо работы?
— Мне нравится город, нравятся разные места, например, микрорайон "Лебяжий". Есть, где погулять с ребенком. Набережная очень хорошая. Куда не поедешь — везде чисто, очень аккуратно, опрятно. В центре очень красиво. Старый город, где пешеходная улица Зыбицкая. Тоже очень красиво.
Детство, Полярная ночь, "Русские в городе"!
— Как начинался ваш путь в хоккей, так понимаю, тоже было много сложностей?
— В молодежных командах у меня есть такое правило: когда собираемся, все же из разных семей, всегда делимся моментами, кто как пришел в хоккей, у кого какая семья. И ребята у меня спросили, как я пришел. Стал рассказывать.
Мы с братом жили в 150 километрах от Омска, в глубокой деревушке. Был такой хоккеист — Анатолий Степанович Панов, играл в Альметьевске. Он приехал в эту деревню, там жила его мама. Он был действующим игроком, ему нужно было тренироваться. Панов на коньках вышел на лёд, нам с братом было по шесть лет, первый раз увидели, как он катается.
— Это была уже крытая площадка?
— Нет, это вообще деревня, каток. Я первый раз закрытый лёд увидел в восьмом классе. В деревне увидел, как человек катается на коньках. Это настолько поразило, влюбило в хоккей. И мы стали с братом заниматься хоккеем, играли на первенство области, в деревне. Потом поехали играть с омским "Авангардом". И нас заметил тренер Константин Андреевич Халин, сказал, что хочет пригласить к себе. Мы были 1971 года рождения, у него команда 1972-го. Но он нас забрал к себе. У него было две дочки, и он забрал трех мальчишек из деревни к себе, мы жили у него в квартире. Полгода, наверное.
Потом учились в Омске, были в седьмом классе. Один мальчик уехал, который с нами был там, а мы с Олегом остались. Раньше же не сдавали квартиры. Мы жили в школе в Омске. Так долго продолжаться не могло, поэтому пришли забирать документы. Надо было ехать обратно в деревню. Директор школы Нина Алексеевна Ковалёва сказала, что нас не отпустит. Сказала, что у нее есть комната, где мы бы могли жить. Зашли в подвал школы, там комната "два на три", одно окно и больше ничего нет. Стояли метла, скребки для уборки снега. Увидели это, и я сказал маме, что мы здесь жить не будем, надо возвращаться в деревню, какой тут хоккей. Пошли на тренировку, возвращаемся, а там уже все это мама убрала, наклеила обои, поставила диван, стол, холодильник, на него телевизор. Мама на диване спала, а мы "вальтом" прямо на полу, за столом делали уроки.
Вот так жили три с половиной года, чтобы играть в хоккей. Утром в школу, тренировка с командой, вечером поели, уроки сделали и опять туда. Те, кто работал на стадионе — выгоняли нас. В итоге уже не стали выгонять, наоборот, знали, что эти два дурака придут, лед почистят и будут тренироваться. И вот так мы работали, тренировались. Нам все говорили: "Ой, вы — два колхозника, все равно играть не будете, чего вы тренируетесь". В итоге уже даже в институте, учась на первом курсе, ходили ночью, тренировались. Потом попали в Ангарск. Там отыграли, и уже потом я в "Авангард" попал. Когда в "Амуре" играл, мы ездили в Америку, в Сан-Франциско был русский ресторан, и там девчонка сидит и говорит: "Я из Омска. У нас там два брата было, два фаната, с головой не дружили. По ночам ходили кататься, тренировались. Весь институт хохотал". Я говорю: "Ты знаешь, один из них — это я". Вот так из деревни и выбрались. В Норильске тоже экспериментальный проект был.
— Норильск — промышленный город, как там экология, какие специфики?
— Тяжелой была не экология, а полярная ночь. Полярный день — полярная ночь. Вот это чуть убивает. Но люди везде живут.
— Полярная ночь — это романтично, красиво или не очень?
— Нет, это романтично, красиво, но устаешь. Тяжело без света. Не знаю, как там люди привыкают, но живут всё равно. Я там был год, очень тяжело. Ночь, ночь, ночь. Постоянно.
— Когда Вы играли в Хабаровске, летали в Америку играть в WCHL, это лига Западного побережья. И там вас "тепло" встречали.
— Мы приехали туда в 1993 году. Лига в то время очень грязная была. Для них — нормально, для нас — нет. Мы приехали, и для нас это было дико. Приехали на Аляску, прилетели в Анкоридж. Везде плакаты: "Русские в городе! Ледовая война!". Когда вышли на лёд, понимали, что в каждой смене будут драки, стычки. В одной из команд тренером был родной брат Уэйна Гретцки. У них в команде был штраф три доллара, если кто проедет мимо русского и не ударит. Весело было. Болельщики приходили на матчи с пакетами для трупов! Есть фильм на Netflix "Нерассказанные преступления". Это как раз то время. Мы участвовали в чемпионате, за матчи с нами им очки шли. Нам баллы, конечно, не добавляли. Летали туда в перерыве в ноябре на 10-12 дней. Потом в конце декабря и в феврале. И на разгрузочные сборы летали в Сан-Франциско в конце сезона. Последний раз, наверное, с нами летал один из арбитров. Он посмотрел на это все дело и сказал, что туда летать больше не надо. Нас восемь-девять человек травмированных приезжало. С одной стороны, интересно, а с другой стороны очень травмоопасно, потому что там не было правил практически. Сейчас всем меняется, другой хоккей. Тогда время было такое, на ту лигу ходили, смотрели, там играли бывшие тафгаи. Тем более, русская команда приезжала.
— Изначально какая была цель этих матчей?
— Президентом клуба был Виктор Андреевич Лопатюк, который организовал "Амур". Ему в Хабаровске отдельное спасибо должны говорить до сих пор, сколько тогда команде внимания уделил, как все перестроил, и Дворец спорта старый переделал, и потом построил новый. Для нас это было золотое время. Ну и, соответственно, он сделал возможной эту поездку в Америку. Хотел, чтобы мы посмотрели, как там, чтобы на нас посмотрели, это была популяризация хоккея, показать, что в России тоже есть команды, которые играют. Цель была, чтобы больше узнали о команде из Дальнего Востока. Раньше в Хабаровск, по большому счёту, не приезжали ни ЦСКА, ни "Спартак". Наша задача была привести туда эти команды. Чтобы клуб рос, поднимался вверх по лестнице, из второй лиги в высшую, из высшей в суперлигу. Мы как раз вывели "Амур" в 1996 году в Суперлигу. Потом стали приезжать ЦСКА, "Спартак", "Динамо". Для хабаровских болельщиков, конечно, это время было прекрасным. Народ дождался большого хоккея.
Знакомство с Дмитрием Квартальновым
— Вы вынужденно завершили игровую карьеру, и ключевым моментом дальше стала встреча с Дмитрием Квартальновым?
— Я работал в хоккейной школе и познакомился с ним. Знал, конечно, что есть такой великий игрок, он еще не был тренером. Дмитрий Вячеславович как раз только закончил, и мы познакомились в хоккейном лагере. Так, по работе пересеклись. Потом я трудился в "Витязе", а он пришел в ЦСКА. И как раз Чебатуркин позвонил и сказал, что нужен тренер. Отправил своё резюме, его согласовали, и я приступил к работе. Уже десять лет трудимся вместе. Мы не только работаем, могу сказать, что мы близкие друзья.
— А чем Дмитрий Вячеславович отличается от других тренеров?
— Ну, конечно, своим темпераментом, азартом, жаждой победы. Он очень требовательный и очень честный по отношению к людям, к себе так же очень требователен, и к людям также. Повторюсь, абсолютно честный перед игроками, перед персоналом. Всегда нужно держать эту грань, очень тонкую, понимать, как все должно выглядеть. Его фанатизм и честность подкупает. Когда я пришел в ЦСКА, они работали там с Никитиным. Недели через две понял: "Боже мой, я-то думал, что я много работаю". Да я мальчик по сравнению с ними. Они с Никитиным, конечно, в ЦСКА, такую планку в лиге дали по работе. Я был очень приятно удивлен этой работой.
— Даже сейчас заметно, как Дмитрий Вячеславович переживает во время игр.
— Горит постоянно. Мы уже знаем, как работает Дмитрий Вячеславович. Нужно его где-то за пиджак дернуть, чтобы лишний раз к игрокам не приставал (смеется). Сейчас молодец, намного спокойнее, чем раньше. Это азарт, страсть, темперамент никуда не спрячешь. Ты можешь приспособиться, но не можешь измениться. Дай Бог, чтобы он у него не угасал.
— Многие болельщики ценят его за афористичный язык, за фразы, которые уходят в народ.
— Работая с ним, не замечал этого совсем. Он говорит, а я же постоянно с ним, постоянно слышу это. В свое время я работал в "Юнисоне" главным тренером. Была задача выиграть кубок в НМХЛ. Команды не было, собрали игроков. И мы с Чебатуркиным вместе там трудились. Когда выиграли кубок, сели в автобус, вся команда стала кричать высказывания, которые говорю постоянно. Я просто обалдел. Получается, фразы Квартальнова в меня влетели, и это всё выливалось там. Когда команда стала это кричать, а у него очень много моментов с высказываниями по поводу игры, это, конечно, запомнилось.
— Какие фразы, например?
— Например в моменте: "А ты ножками не хочешь поработать, дорогой?". Или: "Карасик не должен дремать". Куча разных вещей. Постоянно говоришь их, а команда, как губка, запоминает. В обратку многое прилетает. Хорошо, что он находит эти вещи, которые народ запоминает. Каждое его высказывание.
Молодые хоккеисты, гаджеты, проблемы личного характера
— Вы говорили, что очень любите работать с молодыми хоккеистами. В "Динамо" таких много. Что скажете о белорусской молодёжи?
— Мы провели в июле сбор с командой в Бобруйске. Во-первых, те условия, которые созданы там для молодёжной команды, конечно, очень хороши. Отлично, что есть такие условия, дворец в их распоряжении, они не ограничены, я так понимаю, со льдом, с залами. Это очень большой плюс для ребят. К тому же, есть внимание руководства клуба к молодежной команде. У них есть все условия для подготовки, для того, чтобы они превращались в хороших, элитных хоккеистов. И плюс еще, конечно, свой чемпионат, своя школа. Тоже очень много уделяется внимания именно детскому хоккею, юношескому. Здесь, конечно, предстоит большой объём работы. Но, я так понимаю, в стране пристальное внимание за тем, чтобы ребята росли, прогрессировали, все условия для них есть. С хорошей работой, при правильном подходе, при том, как взаимодействует и федерация, и хоккейный клуб "Динамо", — хороших игроков будет появляться все больше и больше.
— Вы много работали с молодежью в России, в Ярославле, Мытищах. Если сравнить молодежь с той, которая была 10-20 лет назад, есть какие-то отличия?
— Отличия есть. Я пришел в "Локомотив" в 2004 году и взял 1996-й год. Как раз из этого возраста сейчас в "Локомотиве" выступают Красковский, Елесин, Ильенко. Приехал молодым ко мне Коршков, его перебросили в этот же возраст, но в другую школу. В Мытищах с Чебатуркиным взяли совсем молодых ребят, им было по 18 лет. Дыбленко, Рукавишников, Шмелев, Кадейкин, Сошников, Шевченко. Там целая плеяда классных игроков. Из этой команды 21 хоккеист выступал в КХЛ. Когда смотрим на этих ребят сейчас, а они уже взрослые, состоявшиеся, конечно, понимаем, какой путь прошли. Играем почти с любой командой, а там со многими хоккеистами работали на молодежном уровне. Не просто день-два, а где-то год, два, три. Подсчитали, в "Тракторе" было восемь игроков, с кем мы конкретно работали.
Конечно, меняются поколения, меняются ребята. Сейчас молодежь приходит, они другие. Хоккей меняется, жизнь меняется. Но есть определенные принципы и ценности, которые мы должны закладывать в ребят. А они потом уже определяют характер и многое другое. Это самое главное. Сейчас ребята более продвинутые. Эти ребята намного более раскрепощенные, чем мы, или те, кто постарше. Почему? Считаю, много очень информации вокруг. Они эрудированнее в жизненном плане. Каждое поколение прекрасно в своем промежутке времени.
— Как бы ни критиковали гаджеты, с другой стороны, многие следят за питанием, смотрят какие-то добавки, консультируются со специалистами, как лучше подготовиться летом.
— Критикуют, конечно, что они сидят в телефонах, но давайте возьмем любую среду сейчас, где даже есть взрослые люди. Все возрасты в гаджетах. Почему? Потому что это интересно, это информация. Сидеть в компьютерной игре сутками, конечно, нельзя, это убивает тебя. Спортсменам мы всегда объясняем, что они могут играть, но должны и отдыхать хорошо. Питание, сон и тренировка — самое главное. Конечно, ты должен развиваться, в интернете посидеть, почитать что-то, узнать. Может, и в игры поиграть, но самое главное — у тебя должен быть режим, ради какой цели ты живешь и чего хочешь добиться. А как ты хочешь добиться этого? За счет чего? За счет каких средств? Ты же не можешь сидеть ночью играть, а потом выйти на тренировку, потому что ты не выспался. Как будешь воспринимать информацию?
Сейчас хоккей другой. Ты не можешь просто выйти и поиграть в него как раньше. Тебе нужно запоминать кучу схем, потому что все команды играют организованно, умеют обороняться и атаковать. Тебе нужно играть правильно. Чтобы это делать правильно, нужно выполнять определенные моменты. И эти схемы, конечно, должен запоминать и выполнять. Нужна хорошая центральная нервная система, чтобы она была не загружена. Ребят нужно на это направлять, когда речь идет о гаджетах. А так, конечно, это вспомогательные вещи, они нужны.
"Динамо-Минск", коммуникация, легионеры
— В "Динамо" есть легионеры, как с ними построена коммуникация и насколько удается выстроить микроклимат?
— Климат строит и сама команда. Считаю, у нас очень хороший коллектив, прежде всего, конечно, это ветераны, ребята взрослые, которые этот коллектив аккумулируют в одно целое. Плюс молодежь, которая пришла. Они понимают, что здесь элитные легионеры, у них можно научиться, чтобы выйти на их уровень. Поэтому, конечно, смотрят на них, это очень большой плюс, что эти ребята в команде.
То, что делает Энас на тренировках, скажу, как даже детский тренер, как тренер молодежных команд, который проработал десять лет в КХЛ, это невероятно. Иногда к нему подходишь и говоришь: "Слушай, как ты этому научился? Как?" Образно, мы работаем, он забивает гол, я говорю: "Подожди, ты посмотрел на вратаря, как он двигался, посмотрел свободную зону. Я это вижу. Но почему ты бросил ему в щиток?" По вратарской технике он двигается так, как его учили. И он говорит: "Я ходил на вратарские тренировки, всегда слушал, как говорят тренеры вратарей, как он должен правильно играть, а я со стороны нападающего должен его обмануть, чтобы забить гол". И он эту информацию воспринимает и переваривает, на льду это делает. Можешь просто послушать, что тренер сказал, и у тебя это вылетело из головы, а можешь послушать и через себя пропустить, получить эту информацию для того, чтобы забить гол.
Ты должен всегда учиться и тренироваться. Можно и десять раз тренироваться в день, а толку не будет никакого. Нужно правильно это делать. В нашей команде именно для молодежи очень большой потенциал и рост, потому что есть очень мастеровитые ребята. И коллектив, конечно, дружный. Особенно плей-офф в прошлом году их сблизил, сплотил. Команда всегда на поражение или победу реагирует.
— Коммуникация налажена с ребятами-легионерами?
— У нас есть полное понимание. Всегда, как и в любой семье, наверное, есть какие-то трудности. А из трудностей всегда есть выход. У нас спокойно могут ребята зайти в тренерскую, переговорить. Не проблема, мы всегда услышим. Мы также реагируем, они же понимают, что у нас есть определенный опыт. Когда есть какая-то неприятная ситуация, можно ее даже не озвучивать, но сразу видишь как тренер, начинаешь добиваться, что случилось, где она у тебя: где-то внутри, в семье, в раздевалке, на льду, как эту проблему найти, выяснить и решить? Потому что, когда она остается с тобой, это твоя проблема. А когда о ней знаю я, то она уже наша общая. И мы пытаемся решить. В этом плане у нас все четко, все здорово.
— Были ли у молодых ребят проблемы личного характера, с которыми они к вам обращались?
— Это тоже бывает. У меня такой пример был. Парень перед игрой сидит как убитый, грустный. Спрашиваю: "Что случилось? Заболел или что-то дома?" Начал добиваться, говорит, с девушкой расстался. А я ляпнул: "Приведи девушку". Стучится в тренерскую кто-то — девушка пришла. Она говорит: "Он не ходит со мной в кино, не гуляет, уделяет мало-мало внимания". Я говорю: "Проведите с ним день один завтра на тренировке, просто посидите и посмотрите". Вот она посмотрела, как тренируются утром, потом зал, вечером тренировка. Ну, и поняла, что тут не до кино, до постели бы добраться, просто упасть парню, отдохнуть, нагрузка колоссальная, конечно.
Такие периоды есть у каждого, влюбленность и все такое. Важно, как ты с этим борешься, переживаешь. И как ты переживаешь славу, которая на тебя выпадает. Ребята чувствуют внимание в городе. Они приходят, и везде их узнают. Тот же Пинчук, Бориков, Липский, Мороз. Как ты с этим справишься, это тоже тяжело. На них выпадает огромная нагрузка. Но молодцы, справляются.
— Можно ли сказать, что Зак Фукале — самый русско-белорусский хоккеист, которого когда-либо тренировали?
— Много было ребят-легионеров, которые пошли по такому жизненному пути. Он очень темпераментный и азартный для вратаря. Весь такой живой. От него не уходит ни одна мелочь. Он везде "фишку сечет". И, конечно, он дает коллективу такую своеобразную энергию жизни. Вратари же разные все. Кто-то в себе закрывается. Он очень позитивный парень. Экстраверт, а это что-то непривычное, наверное, для вратаря.
Мало вратарей таких, могу сравнить с Тимуром Биляловым в Казани, вот он такого плана парень, я ему всегда говорил, что на вратаря он вообще не похож. Зак — молодец. У них такой тандем с Васей Демченко, один такой "эгегей! ", а второй спокойный парень. Они друг друга дополняют, конечно, когда на них смотришь.
— Вы работали с капитаном "Динамо" Андреем Стасем в ЦСКА. Сейчас этот хоккеист изменился?
— Андрей Стась — это центральный нападающий. Сколько он выигрывает вбрасываний? Это борьба один в один, это характер. Андрей Стась — пример элитного хоккеиста, трудяги, который сам себя сделал. Я знаю Стася давно. Работал с ним в ЦСКА. Он тоже там был хорош. Но вот после того, как Андрей взял Кубок Гагарина в "Авангарде", стал настоящим капитаном команды. Это стержневой боец, оплот команды, на таких ребят равняться нужно. Это пример для всей молодежи, как нужно работать, относиться к делу, потому что в 37 лет играть столько времени и так тащить такое... И все это молча, тихо, без всяких вопросов. Он скромный парень, но очень качественно делает свою работу и делает ее настолько здорово. Как тренер, конечно, снимаю шляпу перед ним.
— Когда пришли в "Динамо", какие ставили для себя цели, что хотели привнести и добавить?
— В декабре пришел, как раз на Кубок Первого канала поехали со сборной Беларуси. До этого смотрел игры. Когда Дмитрий Вячеславович Квартальнов пришел в Минск, всегда смотрел игры "Динамо". Как-то мы разговаривали, я делился своими мыслями по игре. И, конечно, команда хорошая, мастеровитая. Очень был счастлив, что сюда попал. Такая работа вдохновляет, конечно. Тем более, прошлый сезон был хорошим для команды, эмоций столько было больших.
Новый хоккей, "Минск-Арена", сборная Беларуси
— На ваш взгляд, как изменился хоккей за последние 10-15 лет? Философии, системы, тактики?
— Он вообще меняется каждый год. Сейчас хоккей намного быстрее. Даже не в плане скорости. Например, переходы из обороны в атаку, смены игроков стали интенсивнее, соответственно, высокий темп держится. Плюс техническое оснащение ребят стало выше. Техничные игроки были и в то время, и здесь они есть. Но сегодня из-за скорости у тебя есть минимум времени на принятие решения. Стало, в первую очередь, важно, как ты технически это применишь. Меняется плотность, потому что организация игры поменялась. Все умеют обороняться, все умеют атаковать, обращают внимание на коньки, клюшки, мелочи, когда раньше на это внимание не обращали, сейчас это колоссальные вещи.
Уделяется внимание переходам в катании, ногу за ногу можешь не выносить, а сразу делать толчок. Образно говорю, это технические моменты, которым очень много уделяется внимания. Раньше особо не учили нас этому. Из-за этого хоккей меняется. Вратарская амуниция меняется, жесткость клюшки меняется. Отсюда и пошли уже другие броски. Отскоки от борта стали другими. Можешь использовать их. Игровые правила меняются, зацепы, все остальное. Физическая подготовка поменялась абсолютно. Как нас тренировали и как сейчас ребята тренируются — небо и земля.
Раньше больше уделяли внимания силе, сейчас — скорости, быстроте реакции, быстроте мышечного сокращения, плюс сейчас используется полиметрия. У тренеров есть много вспомогательных элементов, где можешь посмотреть функциональное и физическое состояние игрока, как тренировать, что тренировать, в какой период, как ему помочь, чтобы было комфортно и легче. Не каждому залетает одна и та же нагрузка. Игра абсолютно поменялась.
— А в чем сила белорусского хоккея? Есть ли какая-то специфика, что вы отметили?
— Сборная Беларуси всегда была на достойном уровне. Сейчас прекрасно понимаю, что сборная при хорошем подходе может быть очень боеспособной командой. Эта команда реально может ставить высокие цели, задачи и их выполнять. Перед базовым клубом сборной ставятся такие же задачи. Прежде всего, быть в элите, быть топовой командой. И, соответственно, для сборной аналогичные задачи считаю реальными.
— Пока нельзя это проверить, потому что нет доступа к международным соревнованиям.
— Да, это, конечно, очень грустно. Будем ждать, надеяться, что все равно шанс появится и ребята к этому времени приобретут опыт и навыки, которые помогут сборной добиваться высоких результатов.
— Про "Минск-Арену" Вы много говорили, называли уникальными. Что еще можете отметить?
— Комплекс очень продуманный, многофункциональный для всех видов спорта и для концертных программ. Скажу конкретно о хоккее. Почему другие команды КХЛ едут в Минск и здесь тренируются? Потому что вся инфраструктура создана идеально для подготовки команды. Здесь есть хоккейные площадки, есть большой закрытый лёд, конькобежка, который мы тоже пользуемся. Это очень помогает. Спортивные, тренажёрные залы. Всё для этого есть. Не нужно никуда ездить, всё в доступности. Очень здорово, очень удобно. Плюс очень много катков. "Минск-Арена", конечно, уникальное сооружение. Здесь все под рукой. Раньше в России выезжали в Финляндию на сборы, а сейчас едут сюда, а мы здесь на месте находимся. Для нас вообще, конечно, шикарно.
— Ну, и болельщики, конечно.
— Чувствуется, как здесь любят команду. Клуб работает ради этого. Все заточены на то, чтобы привлечь зрителей. Сколько детей ходит на матчи. Много программ для детишек, для молодежи. Сколько в городе для этого делается. Везде — "Динамо-Минск". Народная любовь чувствуется на каждом шагу. Честно скажу, когда просыпаюсь в день матча, хочу вечером услышать "Седую ночь". Прямо жду этого! Во-первых, хочется выиграть, во-вторых, конечно, атмосфера шикарная, зашкаливают эмоции. Очень круто. Шоу, которые делаются клубом, тоже всегда запоминаются. Болельщики приходят на хоккей с семьями, они не будут разбираться, как мы из зоны выходим и так далее. Люди приходят посмотреть хоккей, получить хорошее настроение. Дети приходят влюбиться в эту игру. Наша задача — заинтересовать их, чтобы они полюбили этот вид спорта, эту атмосферу, то, что люди могут здесь общаться, получать удовольствие. Это самое главное, — сказал Игорь Горбенко в интервью sport5.by.
Напомним, Игорь Горбенко вошел в тренерский штаб в минском "Динамо" и сборной Беларуси Дмитрия Квартальнова в декабре 2024 года. Ранее Игорь Юрьевич ассистировал Дмитрию Вячеславовичу в московском ЦСКА, ярославском "Локомотиве" и казанском "Ак Барсе". Также Горбенко возглавлял хоккейный клуб "Юнисон-Москва", с которым стал чемпионом НМХЛ, а также обновил рекорд лиги, одержав 20 побед подряд.
